Антикварный фаянсовый банный гарнитур — кувшин и чаша с мотивами экзотических птиц (4472)

КОМПЛЕКТ:
Высота: 13,5 см
Ширина: 38,5 см

Антикварный королевский фаянсовый комплект для ванной с росписью птицами

Период изготовления Этот ансамбль для ванной изготовлен в конце 19 века, примерно circa 1880–1898 гг. Он является выдающимся и полным свидетельством историзма, когда в домах европейской аристократии такие комплекты служили элементами повседневной гигиены и одновременно престижа помещения до эпохи центрального водоснабжения.

Производитель и клеймо На основании кувшина сохранилось четко читаемое, историческое клеймо мануфактуры Nimy: Anc. Manuf_re Impériale & Royale / Mouzin Lecat & C_ie / Nimy. Эта королевская фабрика Бельгии была знаменитыми мастерами фаянса, чьи изделия отличались высокой прочностью материала и изысканным художественным декором, ориентированным на запросы высшего общества.

Материал и дизайн Комплект изготовлен из плотного, тяжелого и качественного фаянса. Как корпус кувшина, так и внутренняя поверхность большого таза покрыты нежным, матовым небесно-голубым оттенком. Главным акцентом является выразительный и великолепный, нанесенный вручную мотив экзотических птиц (цапель или аистов) и цветов, дополненный сценой с летящими певчими птицами на другой стороне посуды. Асимметричная верхняя часть кувшина и элегантная, скульптурная ручка с волютами нежно позолочены, подчеркивая аристократическое происхождение комплекта.

Применение и состояние Полные пары (paire/ensemble), сохранившиеся до наших дней, являются большой редкостью. Это идеальный элемент для оформления ванной комнаты в историческом стиле, спальни или будуара загородной усадьбы, а также выдающийся коллекционный объект. Комплект в превосходном антикварном состоянии, без трещин и сколов. На глазури внутри видны естественные, характерные для возраста кракелюрные сетки и минимальные следы использования, что подтверждает аутентичность предмета.

Снимок Belle Époque (Прекрасной эпохи): Императрица Елизавета (Сиси) медленно пробуждалась в комнате усадьбы, куда сквозь тонкие занавески пробивался ранний и прохладный утренний воздух. На массивном мраморном столике в углу будуара ее ждала только что принесенная вода, медленно испарявшаяся над основанием тяжелого светло-голубого фаянсового сосуда. Она протянула руки и позволила пальцам обхватить гладкий корпус кувшина, ощущая основательный вес и прохладу фарфорового материала, прежде чем теплый поток наполнил таз. На синеватом фоне неподвижно застыли две формы крыльев цапли, которые в утреннем полумраке казались живыми тенями на берегу далекой реки. Этот простой повседневный ритуал приносил уютное удовлетворение и покой, прежде чем двери замка открылись новому дню.